Внимательно прислушиваюсь и тут же четко улавливаю гул заработавших двигателей. С облегчением вздохнул. На душе стало легко и радостно. Перегрузки вновь стали нарастать. Картина складывалась очень похожей на ту, которую не раз приходилось испытывать на центрифуге. Те же провалы и медленное нарастание перегрузок, те же величины их при работе разных ступеней ракеты. Я с благодарностью…
Поначалу мне показалось, что ракета поднимается медленно. Перегрузок совсем не чувствовалось, и все происходящее напоминало очередные тренировки на комплексном тренажере в Звездном городке. Однако явственно ощущаю нечто непривычное для обычных тренировок — моя ракета дрожит, как нетерпеливый норовистый конь. Она, покачиваясь из стороны в сторону, рывками стремительно рвется вверх. Слышу натужный грохот работающих в полную…
Это сообщение мгновенно сбросило лирическое настроение. Я как будто вернулся с небес на землю. Шесть лет я готовился к старту. Мечтал, работал, тренировался, и все, оказывается, напрасно… «Почему напрасно? — перебиваю я сам себя. — Сказано — полечу завтра. Значит, ничего страшного нет, небольшая задержка — и все… Все… А может быть, вообще все… Конец……
Но все было в порядке. Никаких сомнений мое состояние у медицины не вызвало. Обряд одевания в космические доспехи очень прост. Мы летели в обычных летных комбинезонах без скафандров. Скафандры для перехода лежали упакованными в орбитальном отсеке корабля «Союз-5». Сильный мороз на дворе потребовал «утепления» — я накинул теплую летную куртку, а на ноги натянул меховые…
По установившейся традиции Новый год мы встречаем в Звездном коллективно, всем отрядом космонавтов. Как правило, подготовку к празднику берет на себя Алексей Архипович Леонов. Он формирует группы из космонавтов и их жен для оформления елки, украшения помещения, организации художественной самодеятельности, музыкального обеспечения праздника и сервировки праздничного стола. Сам он, как признанный художник, разрисовывает окна, двери…
Возможность выполнения стыковки с помощью ручного управления вызывала тогда много сомнений. Многие сторонники автоматических систем считали, что человеку трудно будет справиться с быстро меняющейся обстановкой полета и отследить одновременно так много отклонений в самых разных направлениях. Получив хорошую подготовку на тренажере, я был твердо убежден в успешном выполнении этих операций вручную. Мои товарищи были такого…
Сближение, причаливание и стыковку двух кораблей мы отрабатывали на специальном комплексном тренажере «Волга». Поскольку макеты кораблей «Союз4» и «Союз5» были установлены на стационарной основе и сами не могли сближаться друг с другом, а тем более состыковываться, конструкторы разработали специальное устройство, которое имитировало все эволюции корабля на орбите и передавало их изображение на экраны специального телевизора…
Все чаще и чаще мы приходили к общему мнению, что любая ошибка, допущенная кемлибо во время тренировки, должна считаться общей ошибкой всего экипажа и держать ответ за нее должен весь наш маленький коллектив. А сделав этот первый очень важный шаг к сближению, мы не могли не сделать и второго — договориться о том, чтобы все…
Но времени для эмоций нет — спешим к автобусам, они ждут нас, чтобы отвезти на аэродром, а оттуда уже воздушным путем будем добираться до Центра управления полетом. Мы с Борисом продолжим свою работу главных операторов по связи с кораблем уже в Евпатории, через нас будут идти все переговоры с Береговым. За долгие месяцы подготовки к…
Не буду рассказывать всех подробностей старта Берегового, о нем хорошо рассказал сам Береговой в своих книгах… Лично я испытывал в то осеннее утро странное ощущение раздвоенности, искренне радовался за товарища, вместе с которым прошел долгий путь подготовки к этому старту. Радовался и за себя, что оказался в числе кандидатов на этот сложный полет и с…