Невероятно, но факт!






купонлар.ру
Главная / Детям / За пределами школы / Из жизни замечательных людей / «Объявший необыкновенным своим гением все отрасли точных наук» (I)

«Объявший необыкновенным своим гением все отрасли точных наук» (I)

Дом Эйлера на Неве, на нынешней набережной Лейтенанта Шмидта, вошел своими стенами в надстроенное вверх и вширь угловое здание дома №15, на котором помещена мраморная доска в честь ученого. Надпись на ней довольно скромная: «…крупнейший математик, механик и физик». В здании сейчас средняя школа «с углубленным изучением литературы и истории», есть здесь и стенд, посвященный Эйлеру. А на углу той же набережной и Седьмой линии стоит знаменитый старинный трехэтажный «академический дом», опоясанный в два ряда мемориальными досками! Читаем их. Сколько имен! Жил тут и сын Эйлера профессор-математик, и пятерка выдающихся, действительно «крупнейших» русских математиков, почетных членов многих академий мира. Едва ли найдется на земле второй подобный дом, хранящий славу стольких жильцов! Но в глазах мировой науки здание школы на набережной даже более значительно, и пока отнюдь не из-за успехов ее выпускников. А потому, что Леонард Эйлер не просто «крупнейший…» — он один из самых гениальных людей, когда-либо живших на земле, общепризнанный лидер науки XVIII века. Если вспомнить, что в XVII веке первым был, несомненно, физик и математик Исаак Ньютон, в XIX — немецкий математик и физик Карл Гаусс, а в XX — физик Альберт Эйнштейн, то становится ясным, к какому ряду величайших имен принадлежит Леонард Эйлер.

Но один ли это ряд, спросите вы, ведь Ньютон и Эйнштейн — великие физики, а Эйлер и Гаусс в основном математики? Это верно, хотя и не совсем. Когда Ньютону понадобилась высшая математика в виде дифференциального и интегрального исчислений, он их создал (ранее Вильгельма Лейбница и независимо от него), обессмертив себя и в математике этими и другими работами. Аналогично и Эйнштейн — знаменитый автор специальной и общей теорий относительности. Создавая вторую из них — ее теперь называют теорией гравитации, — ввел новый математический аппарат особых символов; их новизна и своеобразие до сих пор препятствуют изучению этой теории в институтах. Математический ум обоих гигантов не уступал их гениальности в разгадывании физических основ мироздания.

А математик Леонард Эйлер был величайшим механиком, крупным астрономом, физиком, философом; он занимался необозримым числом прикладных задач, блестяще знал древнюю литературу, владел многими языками. По подсчетам биографов, он делал в среднем одно открытие в неделю!

Это он, Эйлер, объяснил человечеству, как вращается наша Земля, дав основные законы вращения твердого тела и вычислив «период Эйлера» движения земных полюсов. Этим законам подчиняется и игрушечный волчок, и «настоящий» волчок — гироскоп, главный элемент в системе управления ракетой, самолетом, кораблем, и все планеты, и спутники, и вообще все, что вращается и поворачивается.

Когда вы читаете в газете или слышите по радио об элементах орбиты искусственного спутника Земли, знайте, что два первых главных элемента — это Эйлеровы углы, введенные им в теории вращения твердого тела. Как механик, Эйлер является создателем и основ теории прочности: он решил задачу об устойчивых положениях нагруженной балки. А ведь на балках построено все, что построено человеком… далее

В. Васильев

Вычислять и жить (II)

А потом ему же и ученикам стал диктовать содержание и остальных сгоревших рукописей. Не удивляйтесь, даже позже, в глубокой старости, он еще сможет, поражая окружающих, пересказать почти тысячу стихов «Энеиды», указав последнюю и первую строки на каждой странице! Такой силы была его память, такой мощи был его мозг.Левый глаз ему вскоре прооперируют. Но, приступив тотчас к…

Несколько удивительных пересечений в жизни Павла Васильевича Анненкова (IV)

Павел Васильевич узнал, что смертельно больной Белинский едет лечи­ться на открытые недавно воды в Силезию, в маленький городишко Зальцбрунн. Журнал «Современник», о кото­ром мечтали в казанском поместье Толстого Некрасов с Панаевым, уже издавался. Он объединил вокруг се­бя молодые российские таланты, и главным сотрудником был в нем Бе­линский. А теперь врачи сказали, что Белинскому осталось жить…

Вычислять и жить (I)

Белые ночи снова пришли в Санкт-Петербург. Городу было всего шестьдесят восемь лет, а он уже перегнал, перерос главные древние европейские центры. Красою же своей, строгостью дворцов, отраженных спокойными водами Невы и ее младших сестер, выделялся Санкт-Петербург среди столиц, как юная красавица в кругу почтенных дам. Но в день, который мы считаем началом белых ночей —…

Несколько удивительных пересечений в жизни Павла Васильевича Анненкова (V)

И тогда же могло произойти еще одно пересечение. Из Зальцбрунна Павел Васильевич повез подлечившегося Белинского в Париж. По дороге они остановились на день в Брюсселе. В Париже с нетерпением ждали Белинского близкие друзья и недавние соотечественники Бакунин, Герцен. Там впервые произойдет общественное чтение только что написанного открытого письма Гоголю; читать будет сам Белинский, а Герцен,…

«Объявший необыкновенным своим гением все отрасли точных наук» (III)

Математика, механика, физика… А его теория движения Луны? А «теория музыки», а демографические исследования  —  законы изменения численности и состава населения, а философские «Письма к одной немецкой принцессе», многократно переиздававшиеся и ставшие настольной книгой просвещенной части русской молодежи! Недаром крупный русский математик академик Буняковский писал о нем: «Эйлер, объявший необыкновенным своим гением все отрасли точных наук…»….

Несколько удивительных пересечений в жизни Павла Васильевича Анненкова (VI)

Прошло лишь несколько месяцев, и революция, которую так ждали, готовили, свершилась. В феврале 1848 года пала власть короля и правление банкиров в Париже. «Республика! Республика!» — Люди, опьяненные счастьем победы, на перегороженных баррикадами парижских улицах обнимали друг друга. И каждый день приносил ликующие слухи. В Берлине дерутся! Король бежал. Дерутся в Вене, Меттерних бежал, провозглашена…

«Объявший необыкновенным своим гением все отрасли точных наук» (II)

Из достижений ученого в механике, рассказывать о которых легче, чем о математических, вспомним о разработанной им для молодого Русского флота первой теории остойчивости корабля — в книге «Морская наука, или Трактат о кораблестроении и кораблевождении». Это вечная задача о том, как строить корабли, чтобы при разных загрузках, скоростях и курсах по отношению к волнам они…

Несколько удивительных пересечений в жизни Павла Васильевича Анненкова (VII)

По-видимому, все жизни состоят из пересечений с чьими-то судьбами, открытиями, мнениями, радостями и печалями. Иногда эти пересечения перестраивают и нашу линию судьбы, придают ей, так сказать, иной маршрут, новое направление. Иногда мы проходим мимо, даже не узнав о состоявшемся пересечении. Тут уж многое зависит от нашей внутренней готовности, настроенности. От умения принять чужую волну. Для…

Рассказать о нем — долг ученого

Недавно в Ленинграде был я на защите диссертации по прикладной механике. Молодой ученый, автор важных изобретений, защищался ярко, уверенно, пожалуй, даже чуть самоуверенно: почему-то не упомянул он о своих учителях в науке, о предшествовавших работах профессоров — членов Ученого совета, хотя от них зависела судьба защиты. Случайно я обратил внимание, что он то и дело…

Дважды первая (I)

В восемь часов вечера Гейдельберг засыпает. Пустеет рыночная площадь. На окнах домов и лавок хозяева опускают жалюзи. Только в доме неподалеку от университета долго не гаснет свет. Там живут русские студентки. То, что сюда приехали учиться русские, удивления не вызывало. Гейдельберг славился старинным университетом, сильными математиками и химиками. По утрам длинные, тесные коридоры этого храма…

Все права защищены ©2006-2019. Перепечатка материалов с сайта возможна только с указанием ссылки на сайт – Невероятно, но факт!. Email: hi@poznovatelno.ru