Дважды первая (II)
На Петербургском съезде натуралистов в 1867 году зародилась мысль организовать ряд лекций для женщин по университетским предметам. Слух об этом распространился молниеносно, и на имя ректора Петербургского университета посыпались заявления. Их подписали более четырехсот женщин самого разного сословного положения и состояния — от разночинок до аристократок.
Одновременно в Москве возник кружок женщин, решивших тоже добиваться разрешения на высшее образование, но почти сразу они потерпели неудачу. Во-первых, московская полиция, проведав о сходках, строжайше запретила «сборища». Во-вторых, совет Московского университета отказал в просьбе вести занятия.
Петербургские профессора оказались гораздо прогрессивнее и согласились участвовать в предполагаемых курсах. Оставалось заручиться поддержкой министерства народного образования и обговорить-материальную часть дела. Бывший в то время министр Д. А. Толстой ответил на прошение довольно быстро: женщины недостаточно подготовлены для познания высшей премудрости, даже обычный гимназический курс для девочек намного скуднее мужского, и, вообще, важнейшая и естественная обязанность женщин — воспитание и первоначальное обучение детей — а для этого университета не надобно. И чтобы окончательно закрыть женский вопрос, было официально запрещено публиковать в газетах о приеме пожертвований для курсов и о подписке на их слушание.
Для женщин оставался только один выход: ехать за границу. Со средствами и без средств, закончившие гимназию и недоучившиеся, семейные и бессемейные, с согласия родных или тайком оставляли они Россию. Судьба их. складывалась по-разному. Лишь немногие смогли преодолеть все превратности жизни на чужбине и достигнуть желаемой цели.
Юлия, получившая традиционное воспитание, не была способна на авантюрное бегство. В ее кругах незамужней девушке, которой и гулять-то полагалось вместе с компаньонкой, ехать или жить где-нибудь самостоятельно считалось крайне неприличным. Помогло случайное знакомство с Ковалевской. Общность занятий, вкусов, возрастов, устремлений скрепила их дружбу. Софа — «солидная замужняя дама» — обворожила родителей Лермонтовой и уговорила отпустить дочь вместе с ней учиться в Германию.
Осенью 1869 года Юлия приехала в Гейдельберг.
После энергичных хлопот Ковалевской Лермонтовой разрешили посещать лекции Густава Кирхгофа и работать в лаборатории Роберта Бунзена. Это была большая удача — сразу окунуться в атмосферу научных поисков двух крупнейших немецких ученых — основоположников спектрального анализа.
Кирхгоф, исследуя соли различных металлов, обнаружил, что они окрашивают бесцветное пламя горелки в разные цвета. Соли калия дают бледно-розовый цвет, соли натрия — желтый, меди — зеленый, кальция — карминово-красный. Кирхгоф решил, что это поможет ему быстро и безошибочно определять, какие химические элементы входят в изучаемое вещество. Но все шло хорошо, пока он пользовался чистыми солями. Смеси же давали смазанную окраску и разобраться в составе вещества было невозможно. На помощь пришел Бунзен. Он предложил рассматривать пламя горелки, в которое вносилась смесь солей, через специальный прибор — спектроскоп. Когда через его призму пропускали белый свет, он разлагался в спектр. Пламя горелки с солью образовывало не сплошной спектр, а линейчатый. Причем каждый элемент имел свое характерное расположение линий, и с помощью такой «визитной карточки» можно было его различить… далее
М. Грунина
Отдав России четырнадцать лет плодотворного труда, Эйлер принял лестные условия прусского «короля философа» Фридриха II и переехал в Берлин, чтобы занять созданный для него пост главы математического отделения Берлинской академии наук. Позже он фактически возглавлял эту академию и проработал в Берлине двадцать пять лет, получив признание как первый математик мира. Но, по словам одного из…
Сняв в Геттингене небольшую комнатку, Юлия начала готовиться к испытанию по четырем предметам: неорганической и органической химии, физике и минералогии. Три недели до решающего дня показались ей ужасными. Без Ковалевской она чувствовала себя одиноко. Собственные успехи в изучении химии, подтвержденные рекомендательными письмами известных ученых, казались ей ничтожными. Наконец настал страшный день. Каково же было потрясение…
В октябре 1963 года в Ленинграде, на Васильевском острове, у бывшей церкви Благовещения прокладывали траншею. Ковш экскаватора выгребал производственный мусор, утопшую давным-давно булыжную вымостку, подстилку из битого кирпича и щебня, всякий хлам и песок. Вдруг стальные зубья ткнулись в обломанную каменную плиту. На ней сохранилась лишь часть над гробной надписи: На сем месте погребенАкадемии наук профессорСтепан…
Получив блестящее образование в Германии, пройдя практику у крупнейших химиков, Юлия могла самостоятельно продумать и осуществить сложнейший синтез. Чувствовала она себя уверенно и спокойно. Ничто не мешало ее увлеченности работой. Тоска по родным, оставшимся в Москве, рассеивалась частыми подробными письмами и близостью Ковалевских, вместе с которыми Лермонтова жила в Петербурге. Бутлеров возлагал большие надежды на…
Бот резво бежал на юго-восток. Редкие облака допускали просияние солнца, и вода была густой синевы с фиолетовым отливом, как оружейное масло. С заходом солнца все улеглись, на опустевшей палубе пребывал бессменно лишь студент и его писчик. —А что, Осип, — сказал Крашенинников, — не какое иное судно везет нас к Камчатской землице, а «Фортуна». Латинское …
По предложению Марковникова Юлия Всеволодовна занялась «определением выхода ароматических углеводородов при наполнении трубок металлами». Так Лермонтова вторично получила титул первой — первая в России женщина-нефтяник. До нее в области химии и переработки нефти женщины не работали. Два года длилось кропотливое, сравнительное изучение нефти и каменного угля. Лермонтова была прирожденным исследователем. Сочетание знаний и интуиции, упорства…
Одни ретиво исполняли приказ ка¬питана, другие выискивали собствен¬ное добро, прятали его в канатных бухтах, под мачтой. Мекешев выхватил пистоль: —Уложу! Каждого, кто!.. Заборт! Всё! Живо! Стрелять не понадобилось. Летели, плюхались в море бочки с солониной, пеньковые тюки, сумы с провиантом, ящики с драгоценными железными изделиями, пассажирские пожитки. —Верп за борт! Следом за чемоданом студента ушел…
Жизнь, где бы ни сказалась правда, как бы ни была солона; смелая, искренняя речь к людям в упор — вот моя закваска, вот чего я хочу… и таким пребуду. М. Мусоргский В XX веке на нашей планете Земля возник превосходный обычай: отмечая юбилей великого человека, посвящать этому событию целый год, называя его именем юбиляра. Нынешний,…
Не успели дух перевести, волны и ветер опять потащили «Фортуну». Якорь волочился по песчаному грунту» не зацеплялся.Судно отказалось подчиняться рулю. Положение стало критическим. Бот предсмертно трещал. Последний и единственный шанс — как можно скорее выброситься на косу. — Руби канат! Канат руби! — отдал команду штурман. Теперь уже ничто не сдерживало «Фортуну». Могучая волна подхватила…
До чего же прекрасен обыкновенный кипяток! Растянуть бы такое блаженство не на глотки — на капли, прикорнуть бы у жаркого смоляного костра из корабельных досок.— Кашеварам обед ладить, остальным — на разгрузку! И опять две цепочки потянулись от взлобка к «Фортуне» и от «Фортуны» к взлобку. После горячего обеда пали мертвецким сном. Пробуждение было тяжелым,…