Невероятно, но факт!

Часть 14

В шутку инструкторов у нас называли шкрабами — школьными работниками. Инструкторы отличались от школьных учителей только тем, что классом для них было небо, а партой — учебный самолет УТ2. А в остальном все так, как в обычной школе.

Дали мне группу курсантов. И началась моя шкрабская жизнь. Учил летать ребят, которые всего на три года были младше меня. Их учил и сам учился.

Прошло какое-то время, и я освоился со своей работой. Уверенно держался со своими учениками. Вывозил их в первые полеты. Разбирал ошибки, мог наглядно продемонстрировать, что и как надо делать в воздухе.

Но именно в это время у меня появилось какое-то чувство неудовлетворенности собственной судьбой. Мне казалось, что здесь, в училище, я теряю попусту время, стою на месте, не расту как летчик, не совершенствую свои летные навыки. Проходят годы, а я летаю все на тех же учебных машинах УТ2 или Як18, а мои товарищи в строевых полках осваивают боевые истребители Яковлева, Лавочкина, Микояна.

Я «вывожу» своих курсантов только в простых метеорологических условиях и только днем, а они летают и днем и ночью, в любых сложных условиях. Мои «вывозные» полеты ограничиваются выполнением весьма простых упражнений в воздухе, а мои товарищи занимаются в полках настоящей «воздушной акробатикой».

Эти настроения не давали покоя не только мне, но и другим молодым инструкторам. Надо заметить, что в то время нагрузка на каждого инструктора была огромной, группы многочисленные, и начальство требовало от нас только одного — вывозить и вывозить курсантов. О каком-нибудь совершенствовании полетного мастерства самими инструкторами не было и речи — времени на это не хватало.

И вот, не получая поддержки от командования училища, мы решили «повышать свой уровень» в самодеятельном порядке.

Работая с курсантом в зоне, старались выкроить пяток минут, чтобы проделать несколько «внеплановых упражнений» для себя — прокрутить пару-тройку особо сложных фигур высшего пилотажа.

Кое-кто «входил в раж» и шел на более серьезные нарушения инструкции — выполнял бреющие полеты или затевал на границе между зонами воздушный бой с таким же, как он, молодым и азартным инструктором. Это можно было уже отнести к категории воздушного хулиганства…

Курсанты, обалдевшие от счастья, что летают с «настоящими асами», нас не выдавали. Но любое нарушение обязательно ведет к печальным последствиям. Однажды мой товарищ так увлекся бреющим полетом, что порвал телефонные провода. Хорошо еще, что не высоковольтные! Повредил линию связи, повредил и обшивку самолета. Его примерно наказали.

Были случаи и похуже, когда дело кончалось серьезными авариями или даже гибелью людей. Вот тогда-то и задумывались мы о своем поведении, о своей роли и месте в училище…

Сегодня любые аварийные ситуации предварительно проигрываются на земле на тренажерах, проигрываются по многу раз и в самых различных вариантах. Тогда же они отрабатывались теоретически, а готовность летчика к неожиданным действиям проверялась в реальном учебном полете, когда инструктор давал вводные: «отказал мотор», «заклинило ручку управления», «не выпускаются шасси» — и, наблюдая, как реагирует на эти вводные курсант, оценивал его действия.

Конечно, далеко не все ситуации можно было предусмотреть и проработать таким образом. И случались в полете ЧП. И приходилось искать выход из создавшегося положения самому.

«Трудные дороги космоса», В.А.Шаталов

Часть 21

Честно говоря, меня поначалу волновала перспектива моих отношений с командирами звеньев. Я понимал, что среди них могут быть и обиженные — подготовлены они лучше меня и класс имеют более высокий. Правда, у них нет за плечами академии, но ведь она для такой должности и не имеет большого значения. Но беспокойство мое было напрасным. Очень скоро…

Часть 22

1969. Группа курсантов, бывших «спецов», перед первыми само-стоятельными полетами. С Григорием Афанасьевичем мы были уже знакомы, и встретил он меня довольно приветливо. Рассказал о своем полке, потом мы вместе совершили пробный вылет. Командир полка лично хотел удостовериться в моих способностях управлять современной боевой техникой. А затем сам повел меня знакомить с эскадрильей. Народ в эскадрилье,…

Часть 23

1949. Руководство полетами в какойто мере напоминало мне игру в шахматы. Только игровым полем была не доска, а все небо, вместо чернобелых клеточек — зоны, где «работали» самолеты. И время измерялось не минутами, а секундами, даже порой долями секунды. Просчет и ошибка шахматиста ограничивались потерей фигуры, самая грубая вела к проигрышу партии. Ошибка же руководителя…

Часть 24

Прибыл, доложил начальству. Мне показали кабинет, где сидело еще несколько человек, выделили стол, навалили на него кучу папок и сказали — знакомься с делами: тут отчеты, различные приказы, инструкции, методические разработки, всевозможные анализы, анкеты и т. д. и т. п. Ну, думаю, очень интересная эта новая «бумажная техника», боевая и современная… Но долго бумагами заниматься…

Часть 25

Мне предстояло освоить новые тактические приемы применения этого самолета: незаметный подход к цели на малой высоте, когда тебя никто не ждет и не может засечь локатор, прицельную стрельбу и бомбометание, а затем и уход от цели с тем, чтобы никто тебя не смог перехватить. К первому вылету готовился тщательно. Хорошо изучил материальную часть. В этом…

Часть 26

Думать я не стал. Рапорт написал в этом же кабинете. Решение мое было твердым, ни одной минуты в дальнейшем я не сомневался в правильности принятого решения. «Даже если у меня один шанс из тысячи — я буду пытаться использовать и этот шанс». Нас вызвали на окружную медицинскую комиссию. Из дюжины здоровых парней она отобрала только…

Часть 27

Гагарин! В растерянности минуту стояли и не знали, что делать, как себя вести. Я только успел подумать, что еще не знаю, попаду ли в отряд, но одна моя мечта уже сбылась — вижу Гагарина, он стоит совсем близко, даже могу поговорить с ним. Юрий Алексеевич понял наше состояние и первым нарушил затянувшуюся паузу: — Что,…

Часть 16

Командир полка Романенко, узнав о нашей аварии, сам прибыл к месту вынужденной посадки. Он подробно расспросил нас о всех мельчайших деталях полета — мы ведь были первыми, которые вернулись живыми из такой передряги и могли рассказать важные подробности… Расследование показало, что в полете вырвало прокладку между двумя половинками бензонасоса и бензин струей стал вытекать прямо…

Часть 17

Вопреки ожиданиям Котельников принял нас очень приветливо. Беседа была долгой. Генерал не столько отвечал на наши вопросы, сколько сам нас расспрашивал. Почему мы рвемся в испытатели? Как идет служба? На каких самолетах летали? Какой имеем налет? Какие были летные происшествия? Погонял он нас и по аэродинамике, и по знанию систем самолета. А подводя итог встречи,…

Часть 1

Мечте на встречу Отец был для меня высшим авторитетом. Я любил и уважал его. Уважал за строгость и доброту, за честность и справедливость. Он был великий труженик и большой мастер. Дома в редкие свободные минуты всегда чтонибудь ремонтировал, строил, изобретал. Когда группа энтузиастов увлеклась постройкой аэросаней, отец немедленно включился в их работу и даже пожертвовал…

Все права защищены ©2006-2020. Перепечатка материалов с сайта возможна только с указанием ссылки на сайт – Невероятно, но факт!.
Email: hi@poznovatelno.ru