Невероятно, но факт!

Часть 26

Думать я не стал. Рапорт написал в этом же кабинете. Решение мое было твердым, ни одной минуты в дальнейшем я не сомневался в правильности принятого решения. «Даже если у меня один шанс из тысячи — я буду пытаться использовать и этот шанс».

Нас вызвали на окружную медицинскую комиссию. Из дюжины здоровых парней она отобрала только двоих — Анатолия Филипченко и меня. Остальные были забракованы. К полетам на любых типах самолетов все они были годными, а вот для космоса, увы, нет.

Нас с Филипченко отправили в Москву.

Здесь мы встретились с кандидатами в космонавты из других округов. Разместили нас в авиационном госпитале и почти полтора месяца «проверяли на прочность»: качали на качелях, крутили на центрифуге, трясли на вибростенде и после всех испытаний брали анализы, измеряли давление крови и т. д. и т. п.

Каждый день ктонибудь из кандидатов получал «отпускные» и возвращался в свою часть. Нас оставалось все меньше и меньше, но не скажу, чтобы от этого настроение наше повышалось — никто не знал, даже не подозревал, на чем он сорвется.

Прошло полтора месяца с момента нашего приезда в Москву. Нас осталось совсем немного: Георгий Добровольский, Лев Демин, Юрий Артюхин, Алексей Губарев, Анатолий Филипченко, Виталий Жолобов, я и еще несколько человек.

Медицинские исследования закончились, и нам предстояло пройти государственную комиссию. Онато и должна была окончательно решить нашу судьбу — быть или не быть нам космонавтами.

Узнаем, что среди членов комиссии будет Герой Советского Союза генералполковник Николай Петрович Каманин, тот самый Каманин, который еще челюскинцев спасал. Теперь он — это мы знаем из газет — наставник советских космонавтов.

Потом еще одна новость — на заседание комиссии прибудет первый космонавт Юрий Алексеевич Гагарин. Мы, кажется, забыли в тот момент обо всем на свете и ждали только вот этой встречи — с Гагариным.

Все так волновались, что даже не заметили, как вошел в нашу комнату летчик с майорскими погонами на плечах и с широкой, очень знакомой улыбкой на лице.

«Трудные дороги космоса», В.А.Шаталов

Часть 21

Честно говоря, меня поначалу волновала перспектива моих отношений с командирами звеньев. Я понимал, что среди них могут быть и обиженные — подготовлены они лучше меня и класс имеют более высокий. Правда, у них нет за плечами академии, но ведь она для такой должности и не имеет большого значения. Но беспокойство мое было напрасным. Очень скоро…

Часть 22

1969. Группа курсантов, бывших «спецов», перед первыми само-стоятельными полетами. С Григорием Афанасьевичем мы были уже знакомы, и встретил он меня довольно приветливо. Рассказал о своем полке, потом мы вместе совершили пробный вылет. Командир полка лично хотел удостовериться в моих способностях управлять современной боевой техникой. А затем сам повел меня знакомить с эскадрильей. Народ в эскадрилье,…

Часть 23

1949. Руководство полетами в какойто мере напоминало мне игру в шахматы. Только игровым полем была не доска, а все небо, вместо чернобелых клеточек — зоны, где «работали» самолеты. И время измерялось не минутами, а секундами, даже порой долями секунды. Просчет и ошибка шахматиста ограничивались потерей фигуры, самая грубая вела к проигрышу партии. Ошибка же руководителя…

Часть 24

Прибыл, доложил начальству. Мне показали кабинет, где сидело еще несколько человек, выделили стол, навалили на него кучу папок и сказали — знакомься с делами: тут отчеты, различные приказы, инструкции, методические разработки, всевозможные анализы, анкеты и т. д. и т. п. Ну, думаю, очень интересная эта новая «бумажная техника», боевая и современная… Но долго бумагами заниматься…

Часть 25

Мне предстояло освоить новые тактические приемы применения этого самолета: незаметный подход к цели на малой высоте, когда тебя никто не ждет и не может засечь локатор, прицельную стрельбу и бомбометание, а затем и уход от цели с тем, чтобы никто тебя не смог перехватить. К первому вылету готовился тщательно. Хорошо изучил материальную часть. В этом…

Часть 27

Гагарин! В растерянности минуту стояли и не знали, что делать, как себя вести. Я только успел подумать, что еще не знаю, попаду ли в отряд, но одна моя мечта уже сбылась — вижу Гагарина, он стоит совсем близко, даже могу поговорить с ним. Юрий Алексеевич понял наше состояние и первым нарушил затянувшуюся паузу: — Что,…

Часть 5

Война началась. Мы жили тогда в большой коммунальной квартире, и все ее жильцы собрались на кухне. Это было обычное место общих «собраний» обитателей дома. Мужчины обсуждали, кому когда идти в военкомат. Женщины, особенно те, что постарше, плакали. Ребята организовали свой кружок. Пожалуй, самый оживленный. Мы знали войну по книгам и кинофильмам — и зрелище это…

Часть 6

На машинах везли раненых. Город был забит воинскими частями. Над нашими головами проносились с ревом краснозвездные самолеты. За всем этим шумом мы не обратили внимания на какой-то незнакомый ноющий звук. А это приближались к Гатчине вражеские бомбардировщики. «Воздух!» — крикнул кто-то, и тут же раздался оглушительный взрыв. Рядом отчаянно закричала женщина, кто-то побежал, за первым…

Часть 7

Тогда, в августе 41-го, я впервые понастоящему испытал сильное чувство страха, и многое в моей будущей судьбе зависело от того, какие выводы я сделаю из этой ситуации, как поведу себя в подобных условиях в следующий раз, поддамся ли этому паническому, безотчетному чувству или сумею преодолеть его. К счастью, я нашел тогда силы и победил страх….

Часть 8

В конце августа фашисты были уже на ближних подступах к Ленинграду. Наш ремонтный поезд связи перебросили с Карельского перешейка на станцию Мга. Тут уже во всем чувствовалась близость фронта. Слышался орудийный гром, над нами то и дело происходили воздушные бои, часто бомбили. Но мы привыкли к бомбежкам и продолжали делать свое дело, даже если объявлялась…

Все права защищены ©2006-2020. Перепечатка материалов с сайта возможна только с указанием ссылки на сайт – Невероятно, но факт!.
Email: hi@poznovatelno.ru