Невероятно, но факт!

Земляника

Первая, самая первая — по берегам оврагов, на теплых солнечных закрайках, манящая — поспевает ягода. Еще белые цветики с желтыми глазками радостно светятся в траве, а можно уже найти крупную сочно-красную земляничину на заветном бугорочке под корежистой березой. Так и этак склонишься над ней, глотая слюну, но срывать не спешишь. Чудо да и только! Еще никто не видел, никто не знает, что земляника поспела, а ты видишь ее над мохнатеньким резным листочком, в глазах у тебя рябит, поэтому кажется, поэтому верится: ты — самый счастливый из всех мальчишек! Можно бы и не срывать эту ягоду, чтобы завтра снова ее найти, — а вдруг кто-нибудь другой сорвет! Чур, моя! Чур, самая первая — моя, вот в чем особенная сладость! Листочек-розеточку найду, лучистую земляничину, согревая дыханьем, на этом листе домой принесу и покажу маме, надеясь, что похвалит, что, как однажды, скажет: «Я тоже нашла, — и подаст мне букетик земляники. — Твоя доля, другие полакомились уже». — «Где так много?! Где ты, мама, нашла? Никому не говори, только мне шепни». — «Жадный какой. Ягоды для всех одинаково растут, — скажет она. — Нынче на залежах уйма выкраснится».

На залежах… Это я знаю, где залежи, — старая пахота, задернило ее, вот на таком удобье и разрослась земляника. Деревенские дети всё знают, иногда кажется, они родились с этим знанием: что и где растет, чем каждое поле, каждый перелесок примечательны, чем одарить могут. Прибежишь — а не ты первый. Там самые маленькие уже ползают на четвереньках, отыскивая землянику в траве. Я и сейчас помню, где и какие попадались грибы, ягоды. Под какой сосной маслята стайками таились в траве, под какой березой вызревали самые сладкие ягоды.

Почему-то про залежи в гороховском поле впервые вспомнилось. На взгорке за грядой белоствольных берез (давно-то у них розовые стволы были) мужики луговину конными плугами распахали, а потом ее опять задернило — вот там богатый земляничник и разросся. После войны пришло время запахивать его. Бригадир назначил меня в прицепщики: «Невелик работник, а на плуге-то посидит, — объяснял он матери. — Пусть к технике привыкает».

Серьезную работу доверили мне. Сидел я в железном кресле, на поворотах дергал рычаги, чтобы поднялся, высвободился плуг, да иногда большущее колесо крутил для соблюдения пахотной глубины. И на тракториста все поглядывал: доволен ли он плугарем?

Спелая подвяленная земляника все время мелькала в траве, с криками «ой!» выпрыгивала на гребень переворачивающегося пласта и навсегда исчезала. А колесник с блестящими шпорами на огромных колесах довольнехонько рокотал. В ночную смену работалось не очень весело. Всю ночь ползал неутомимый трактор взад-вперед, словно тракторист-подросток Валька Крутиков не знал, как его остановить.

На заре меня все-таки сморило, сколь ни бодрился. Уснул, значит, крепким сном в покачивающемся сиденье — вижу, будто бы тайно выключаю на некоторое время плуг посередине поля, чтобы пропуски получались и сохранялся приманчивый ягодник: мол, потом, когда все ягоды будут собраны, сам по осени вскопаю лопатой это место. Такое, на всякий случай, во сне и придумалось оправдание. Но кто-то закричал надо мной, со всего маху врезал по спине кнутовищем. Я вскрикнул — очнулся, но не сразу сообразил, что лежу под кустом в теплой постели из березовых листьев, а Валька сидит рядом, пестиком из лутохи толчет ягоды в берестяном тюрике — землянику, сладкую, как мед, даже слаще меда, готовит к раннему завтраку. Когда он успел столько земляники насобирать? Еще и меня подхваливает: «Молодец, догадался. Как ты в темноте-то углядел, плуг вовремя выключил, когда наехали на каменюку?»

Ничего я не видел, никакой каменюка вроде бы не попадался, все время только земляника краснела — и наяву и во сне.

«Ну, проснулся, плугарь? Насовсем проснулся? Тогда ешь толченку, да пахать надо пока по холодку».

С этой розовой ароматной толченкой липовые лепешки еще вкуснее показались. Никогда больше такого завтрака у меня не было. И не будет. Потому что нет уже Малого Гюкова. И малотюковские поля в одну “огромную полосу распаханы. На всей полосе единственный пропуск оставлен в том самом месте, где зимой сваливают удобрения: фосфорные, калийные и еще какие-то. Деревни уже нет, земляника в полях не растет, а только на вырубках. Но мне кажется, есть у лесных ягод привкус какой-то особенный, как будто бы они солоноваты и пригарчивают, дымом от них пахнет. Дымом давних пожарищ.

М. Базанков

От теории к практике

Как уберечь людей от вирусной инфекции? Уничтожить всех микроскопических паразитов по отдельности — не удастся. Вычислить предполагаемое место, откуда болезнь начнет свою экспансию, — тоже вряд ли возможно. Может быть, попробовать как-нибудь разрушить уже сформировавшуюся «волну жизни», приводящую к болезни? Не так давно произошло событие, вселившее надежду на прекращение быстрого распространения гриппозных инфекций. Австралиец доктор…

Половина моря

Судьба Арала волнует всех. Обмелевшее море, обнажая дно, ушло более чем на сто километров, уровень воды понизился на 12 метров, площадь акватории сократилась на 40 %. За минувшие два десятилетия половины моря практически не стало. Гибнет море, которое жило миллионы лет. Здесь нет загадки Каспия; причина гибели Арала известна: море перестало питаться стоками Амударьи и…

Вот так гибриды!

То, что задумал бразильский ученый-генетик Уорвик Керр, не могло бы вызвать ни у кого возражений. Керр был в Африке и заметил, что тамошние пчелы дают гораздо больше меда, нежели «итальянки» в его стране. А что, если породнить эти два вида? Правда, «африканки» очень злые, но, может быть, гибридные поколения унаследуют высокую продуктивность одних родителей и…

Грибная мозаика (II)

Если цивилизованный человек все-таки с подозрением относится к красному мухомору, то слизни, белки  и птицы прямо-таки его обожают.    Вот   что   подсмотрел   писатель-натуралист Н. И. Сладкое. «…Увидел я в зелени красное и черно-белое. Красным оказалась шляпка большого мухомора, похожего на гигантского жука «божью коровку». А черно-белым, конечно, сорока. Сорока подскочила к мухомору, обломила кусочек шляпки и……

Кто автор? (II)

Словосочетание «волна жизни» не осталось только красивым литературным образом рассказов английского натуралиста. Образ стал научным термином. Это произошло благодаря блестящим работам советского генетика Сергея Сергеевича Четверикова. Исследования Четверикова в 20-х годах послужили основой для создания новой науки — популяционной генетики. Она изучает законы возникновения и развития видов животных и растений. Оказалось, что «волны жизни» влияют…

Тигры против ГЭС

На проекте решения о сооружении гидроэлектростанции на реке Волхов В. И. Ленин написал: «Волхов строить. Проекты в печать». Так открыто и гласно принимались решения о строительстве ГЭС. Гласность в вопросах сооружения гидростанций нам очень и очень нужна. Опыт строительства ГЭС в нашей стране велик, но не мал и груз потерь, вызванных необдуманными решениями при проектировании…

В мире высоких скоростей

Цветет шиповник. Стою у куста и смотрю, как работают пчелы. Одной что-то здесь не понравилось, и она, оторвавшись, мигом исчезает, так что и взглядом не успеваю ее проводить. Завидная скорость! Еще быстрее над полями, садами проносятся самолеты, вертолеты, за которыми стелется ядовитый туман. Так проводится обработка угодий против вредителей сельского хозяйства. Вслед за каждой операцией…

Загадка рокфорских пещер

В продовольственном магазине у стеклянной витрины-холодильника стояло несколько покупателей. Молоденькая продавщица в белоснежном халате и накрахмаленном высоком колпаке расторопно отпускала молочные продукты. Пожилая женщина попросила продавщицу: — Нарежьте, пожалуйста, триста граммов сыра.— Этот сыр нельзя резать ломтиками. Он крошится, — вежливо ответила продавщица.— Что это за сыр, если его нельзя резать! — возмутилась покупательница.— Рокфор, — произнесла продавщица и…

Кто автор? (I)

Считается, что англичане суховаты по части выражения чувств, тем более, когда дело касается науки, даже науки о природе. Но были исключения. В конце прошлого века специалисты, да и не только они, зачитывались великолепными описаниями поведения животных английского путешественника и натуралиста Уильяма Хадсона. Его рассказы о южноамериканской природе были удивительно образны и увлекательны. Почему мы вспомнили…

«Пустая» вода

Планктон — основная составляющая биосферы планеты. Зоопланктон — пища для рыб и мелких животных. Фитопланктон снабжает воду кислородом. Известно, что в загрязненной воде планктон не живет, вода становится «мертвой», но и не во всякой чистой воде планктон обитает. Ученые приводят поразительные факты: Енисей на 400 километров от Красноярской ГЭС — пустой и грязный. Таким он…

Все права защищены ©2006-2021. Перепечатка материалов с сайта возможна только с указанием ссылки на сайт – Невероятно, но факт!.
Email: hi@poznovatelno.ru. Карта сайта
 

Невероятно, но факт!