Конечно, мне трудно было соревноваться с такими мастерами прыжков на батуте, какими были Жора Добровольский или Анатолий Филипченко, но, не хвастаясь, могу сказать, что уж сальтото я делал вполне прилично.
Однако главное было не в спортивных достижениях. А в самих тренировках. Прыжки на батуте все мы вспоминали добрым словом, когда совершали свои космические полеты. Там, в космосе, нам приходилось все время свободно парить по отсекам космического корабля. Вот здесьто и оказались полезными навыки координации движений в полете и выработанное на батуте «чувство собственного тела».
Пожалуй, ничуть не легче далась мне наука прыжков в воду с вышки и трамплина. Но в результате долгих и настойчивых тренировок я научился прыгать «ласточкой» с десятиметрозой вышки и даже выполнять сложные пируэты.
Все эти «активные» тренировки вестибулярного аппарата нам очень нравились, и мы с удовольствием занимались под руководством наших тренеров, чего не скажешь о тренировках «пассивных». Но именно они — «пассивные» — были наиболее результативны. Мы это хорошо понимали. И надо сказать, что медицинский персонал по достоинству оценивал наше рвение и всегда был готов к проведению таких тренировок.
Опыт космических полетов на «Востоках» и «Восходах» показал, что космонавты с хорошо тренированным вестибулярным аппаратом значительно легче переносят неприятные ощущения, возникающие во время космического полета, и быстрее адаптируются к условиям невесомости.
При полетах на кораблях «Союз» к невесомости добавлялся еще один фактор, который мог оказать весьма нежелательное влияние на организм космонавта. Большую часть полета «Союз» должен был совершать в режиме «закрутки».
Этот режим обусловливался необходимостью поддерживать такое положение корабля на орбите, при котором его солнечные батареи постоянно и под определенным углом освещались бы Солнцем. Чем лучше батареи освещаются, тем выше коэффициент их полезного действия, тем больше электрической энергии они дают агрегатам и системам космического корабля.
Для «пассивных» тренировок вестибулярного аппарата использовались различные устройства в виде специальных тренажеров и стендов. Одним из таких устройств был оптокинетический барабан.
Внутри этого барабана находилось кресло, в котором и размещался один из нас. Кресло стояло неподвижно, а барабан по команде проводящего тренировку медика начинал быстро вращаться.
Стенки этого барабана окрашены чернобелыми полосами, идущими от вершины барабана к его основанию под некоторым углом. Задача сидящего в кресле космонавта была вроде бы простой — во что бы то ни стало удержать равновесие. Никаких активных действий от него не требовалось.
Наоборот, любое резкое движение руками, головой, корпусом приводило к нежелательным результатам. Наверное, именно поэтому данные тренировки и назывались «пассивными».
«Трудные дороги космоса», В.А.Шаталов