«Христофор Колумб был великий человек,— писал один школьник в своем классном сочинении,— он открыл Америку и поставил яйцо». Оба подвига казались юному школьнику одинаково достойными изумления. Напротив, американский юморист Марк Твен не видел ничего удивительного в том, что Колумб открыл Америку. «Было бы удивительно, если бы он не нашел ее на месте».
А я осмеливаюсь думать, что не много стоит второй подвиг великого мореплавателя. Вы знаете, как Колумб поставил яйцо? Попросту придавил его к столу, сломив скорлупу в нижней части. При этом он, разумеется, изменил форму яйца. А как поставить яйцо, не меняя его формы? Этой задачи отважный моряк так и не разрешил.
Между тем это несравненно легче, чем открыть Америку и даже самый крошечный островок. Укажу вам три способа: один — для вареных яиц, другой — для сырых, третий — для
тех и других.
Чтобы поставить вареное яйцо, достаточно закружить его пальцами одной руки или между ладонями рук, как кубарь: яйцо завертится стоймя и будет сохранять такое положение до тех пор, пока вертится. После двух-трех проб опыт удается довольно легко.
Поставить сейчас указанным способом яйцо сырое нельзя: сырые яйца, как вы, вероятно, уже заметили, вертятся плохо. В этом состоит, между прочим, безошибочный способ отличить, не ломая скорлупы, вареное яйцо от сырого. Дидкое содержимое сырого яйца не увлекается в такое же быстрое вращение, как скорлупа, и потому словно тормозит его. Приходится искать другой способ ставить яйца. Способ этот существует. Надо сильно взболтать яйцо несколько раз: при этом желток разрывает свою нежную оболочку и разливается внутри яйца. Если затем вы поставите яйцо на его тупой конец и подержите в таком положении некоторое время, то желток — более тяжелый, нежели белок,— стечет вниз яйца и там соберется. Благодаря этому центр тяжести яйца опустится ниже, и яйцо приобретет большую устойчивость, нежели не подвергнутое такой обработке.
Наконец, есть третий способ поставить яйцо. Яйцо ставят, например, на пробку закупоренной бутылки, а на него помещают пробку с воткнутыми в нее двумя вилками. Вся эта «система» (как выразился бы физик) довольно устойчива и сохраняет равновесие даже при осторожном наклонении бутылки. Но почему же пробка и яйцо не падают? По той же причине, почему не падает карандаш, отвесно поставленный на палец, если в него воткнуть перочинный нож.
«Центр тяжести системы лежит ниже точки опоры»,— пояснил бы вам ученый. Это значит, что та точка, к которой приложен вес «системы», расположена ниже того места, на которое она опирается.