Эксперимент, задуманный Россом, был прост. В сущности, он почти ничем не отличался от эксперимента, проделанного доктором Аппиа чуть больше года назад здесь же, в Секундарабаде, — комары, помещенные в клетку с больным голубем, должны были заразить здоровых птиц.
Росс рассуждал: «Комары питаются соком растений и кровью. Растений в клетке нет. Кровь подопытного голубя кишит малярийными плазмодиями. Москитная сетка не позволяет комарам вылететь из клетки, и, значит, если в их желудках еще нет малярийных плазмодиев, они непременно попадут туда с кровью больного голубя».
В другую клетку, тоже затянутую москитной сеткой, Росс поместил голубей, принесенных Амиром. Голуби были здоровы. В мазках, сделанных из их крови, он не нашел плазмодиев. Через сутки после начала эксперимента он пересадил комаров в клетку к здоровым птицам. Прошло несколько дней. Голуби оставались здоровыми и спокойно уживались с комарами, питающимися их кровью.
Больной голубь вскоре погиб. При вскрытии Росс нашел в клетках печени и в эритроцитах темно-бурые глыбки пигмента. Причина смерти не вызывала никакого сомнения — малярия. «С момента заражения до появления клинических симптомов малярии, — писал Менссон в одном из своих писем, — имеется некий промежуток времени: инкубационный период, как и при всех заразных болезнях…»
Росс ждал. Клетка с голубями стояла в его комнате, на подоконнике. Птицы привыкли к Россу. Они охотно брали корм из его рук и, очевидно, чтобы обратить на себя внимание нового хозяина, время от времени требовательно постукивали клювами о прутья клетки.
Время шло. По утрам Росс, как и прежде, препарировал стальным пером комаров и рассматривал под микроскопом их желудки и слюнные железы. После окончания рабочего дня в лазарете, покормив голубей, он отправлялся с марлевым сачком на охоту за комарами. Все виды этих насекомых, водящихся в самом форту и в его окрестностях, были им хорошо изучены. Он знал о них все, как профессиональный энтомолог, и только по-прежнему оставалось неясным, который же из комаров является промежуточным хозяином малярии.
На шестнадцатый день с начала эксперимента один из голубей показался Россу вялым. Он взял его в руки. Голубь дрожал. Перья на его голове ерошились. Птица явно была нездоровой. Но малярия ли это?
Стальным пером, которым он; препарировал комаров, Росс надсек лапку больного голубя, перенес капельку крови на предметное стекло, в минуту настроил микроскоп. Все было покрыто плазмодиями. Голубь заразился малярией. Цепочка замкнулась. Менссон оказался прав.
Теперь Росс знал: переносчиками малярии являются комары вида анафелес. Но только ли они?
Через несколько дней, купив у Амира с полдюжины здоровых голубей, Росс повторил свой опыт, но на этот раз с комарами куклекс. Ни один из голубей не заболел. Один эксперимент следовал за другим. С помощью анафелес Росс заражал малярией не только голубей, но и других птиц, которых ловил для него за стенами форта Амир.
Прошло еще полгода, и Росс серией опытов, поставленных на птицах, доказал, что виновниками заражения малярией являются не все комары, а только комары анафелес. В 1902 году за работы по птичьей малярии Россу была присуждена Нобелевская премия.
Л. Семенов-Спасский