Думать я не стал. Рапорт написал в этом же кабинете. Решение мое было твердым, ни одной минуты в дальнейшем я не сомневался в правильности принятого решения. «Даже если у меня один шанс из тысячи — я буду пытаться использовать и этот шанс».
Нас вызвали на окружную медицинскую комиссию. Из дюжины здоровых парней она отобрала только двоих — Анатолия Филипченко и меня. Остальные были забракованы. К полетам на любых типах самолетов все они были годными, а вот для космоса, увы, нет.
Нас с Филипченко отправили в Москву.
Здесь мы встретились с кандидатами в космонавты из других округов. Разместили нас в авиационном госпитале и почти полтора месяца «проверяли на прочность»: качали на качелях, крутили на центрифуге, трясли на вибростенде и после всех испытаний брали анализы, измеряли давление крови и т. д. и т. п.
Каждый день ктонибудь из кандидатов получал «отпускные» и возвращался в свою часть. Нас оставалось все меньше и меньше, но не скажу, чтобы от этого настроение наше повышалось — никто не знал, даже не подозревал, на чем он сорвется.
Прошло полтора месяца с момента нашего приезда в Москву. Нас осталось совсем немного: Георгий Добровольский, Лев Демин, Юрий Артюхин, Алексей Губарев, Анатолий Филипченко, Виталий Жолобов, я и еще несколько человек.
Медицинские исследования закончились, и нам предстояло пройти государственную комиссию. Онато и должна была окончательно решить нашу судьбу — быть или не быть нам космонавтами.
Узнаем, что среди членов комиссии будет Герой Советского Союза генералполковник Николай Петрович Каманин, тот самый Каманин, который еще челюскинцев спасал. Теперь он — это мы знаем из газет — наставник советских космонавтов.
Потом еще одна новость — на заседание комиссии прибудет первый космонавт Юрий Алексеевич Гагарин. Мы, кажется, забыли в тот момент обо всем на свете и ждали только вот этой встречи — с Гагариным.
Все так волновались, что даже не заметили, как вошел в нашу комнату летчик с майорскими погонами на плечах и с широкой, очень знакомой улыбкой на лице.
«Трудные дороги космоса», В.А.Шаталов