Миллионам детей, возвращающимся сегодня из школ, родители ежедневно задают одни и те же вопросы.
Первый: «Вызывали?»
Если «да», то за ним немедленно следует второй: «Что получил?»
Все последующие реакции перечислить едва ли возможно. Но среди них есть одна, на наш взгляд, весьма существенная. В ней множество оттенков: от легкого внутреннего волнения до открытого раздражения и негодования. Причина ее — в несогласии с действиями учителя.
А откуда ему быть, согласию-то, если источником информации является весьма и весьма заинтересованное лицо — сам ученик? Мы говорим сегодня «семья и школа», но ведь как часто случается, что «семья» со всеми своими сложностями живет сама по себе, а «школа» с ее несравненно большими трудностями — сама по себе. Единственным же источником взаимосвязывающей их информации (а сплошь и рядом — дезинформации) служит вон тот, с хитровато поджатой губой и с лукавинками в уголках глаз, ученик. Обменная частица. «Пи-мезон».
У него своя психология и своя система надежно срабатывающих защитных реакций. Кому из родителей не хотелось бы иногда побывать на уроках в классах, где учатся их дети? «Почувствовать», если можно так выразиться, учителя, обстановку в классе и — возможно ли? — услышать хотя бы однажды ответ своего ребенка.
На уроки в экспериментальные классы родители имеют право приходить в любой день и в любое время. Вот только опрашивать ученика в присутствии родителей — дело весьма щепетильное. Магнитофонный опрос решает и эту проблему: магнитофонные записи могут прослушать и классные руководители, и учителя-предметники, и родители, и даже сами ученики.
«Куда и как исчезли тройки», В.Ф.Шаталов