Когда мэр города Страсбурга Фредерик Дитрих, выведенный из терпения бесконечными повторениями «Qaira» — обязательным «десертом» всех национальных торжеств, — попросил капитана Руже де Лиля сочинить что-нибудь более достойное, чем банальный контрданс Бекура, ему в голову не приходило, что в ту же ночь скромный капитан создаст шедевр. Да и кто мог ожидать подобного от де Лиля? (Приставку «де» он присвоил без всяких на то прав, но Дитрих благодушно простил ему эту смешную претензию на дворянство.) Правда, капитан пописывал стишки и даже сочинял музыку — несложные пьесы для скрипки, на которой недурно играл, но все это были опыты дилетанта.
Да, все написанное Руже де Лилем действительно не представляет интереса. Все, кроме песни, сочиненной в ночь с 25 на 26 апреля 1792 года. В ночь, когда обыкновенный смертный возвысился до гения. Автор не сразу понял величие того, что создал.Не поняли этого ни Дитрих, ни его жена, весьма просвещенная музыкантша, ни гости, собравшиеся у мэра, чтобы послушать «Боевую песню рейнской армии». Да и потом, когда песня, уже переложенная для полкового оркестра, звучала в Гюненгском лагере на немецкой границе, вряд ли автор представлял, как сложится ее судьба.
«Марсельеза» уже гремела по всей Франции, но Лиль еще не подозревал об этом: ведь он сочинил «Песню рейнской армии», а не «Марш марсельцев». Очень скоро он узнает о триумфе собственного детища, но… лишь затем, чтобы вступить с ним во вражду!
В период террора — самый острый и напряженный в развитии революции, когда слава «Марсельезы» достигает вершины, — де Лиль, человек весьма умеренных убеждений (свидетельство тому — приставка «де») находится в тюрьме. Только случай спасает его от бесславного конца под лезвием «национальной бритвы» — гильотины, уже прервавшей жизнь добропорядочного буржуа и либерала Фредерика Дитриха. Пережив триумфальную славу своей песни, автор становится свидетелем ее запрещения. «Марсельеза», помогавшая революционному генералу Бонапарту, не нужна и даже опасна императору Франции Наполеону. Де Лиль еще будет жив, когда его песня вновь зазвучит на парижских баррикадах 1830 года. В эти дни молодой Гектор Берлиоз сделает переложение песни для двойного хора и большого оркестра. На полях партитуры вместо слов «тенора» и «басы» он напишет: «Все, у кого есть голос, сердце и кровь в жилах». Свой труд композитор посвятит автору бессмертного гимна. Через полгода Берлиоз получит письмо от де Лиля: «Мы с Вами незнакомы, не хотите ли познакомиться? Ваша голова подобна постоянно действующему вулкану, а в моей никогда не было ничего, кроме горящей соломы, которая, погаснув, продолжает слегка дымиться. И все же из богатств Вашего вулкана и остатков моего соломенного пламени, соединенных вместе, может что-нибудь получиться». Де Лиль хотел предложить молодому композитору либретто оперы, но их встреча так и не состоялась.
Родившись в 1760 году, автор «Марсельезы» не дожил, да и вряд ли мог дожить, до события, которое наполнило бы его сердце восторгом и гордостью: в феврале 1879 года на заседании Палаты депутатов Третьей республики «Марсельеза» будет объявлена государственным гимном Франции.
«Нашим предкам рубили головы под эти звуки!», «С этой песней делали коммуну!», «С ней еще сделают коммуну!» — негодовали депутаты справа. Но их крики не помешали возведению «Марсельезы» в высокий ранг официальной эмблемы государства… далее
Э. Великович