Курдюмов доказал: пока сталь не нагрета до первой критической точки, атомы железа образуют кубик, внутри которого — в самом центре! — сидит атом углерода. А как только достигнет температура точки «А» — атомы углерода занимают середину граней и становится их в каждом кубике не один, а шесть. Если сталь охладить очень быстро, то атомы углерода не вернутся на свои прежние места и кристаллическая решетка растягивается, кубики превращаются в призмы. Причем, происходит это во всем куске стали одновременно; цепочка призм растет с большой скоростью: километр в секунду. В переполненной кристаллической решетке атомы прижаты друг к другу так тесно, что оторвать их один от другого очень тяжело: сталь получается твердой, прочной. А если закаленную сталь нагреть — не до точки «А», но достаточно близко к ней, — то атомы углерода разойдутся по своим местам — в центре «железного кубика» сталь станет мягкой, пластичной. Только для этого нужно время: атомы в этом случае движутся в куске стали не торопясь; специалисты говорят, «происходит диффузия». Иными словами: свойства стали определяет порядок, в котором расположены атомы железа и углерода.
Как и Д. К. Чернов, Курдюмов увидел, что для каждой стали есть свои критические точки и свои скорости закалки. Величины их, как он выяснил, зависят от содержания углерода.
То, что происходит при закалке, называется «бездиффузионное превращение». Считалось, что только атомы железа и углерода способны менять свои места в три раза скорее звука и поэтому только сталь можно упрочнять закалкой. А Г. В. Курдюмов и его ученики доказали, что закаливаться могут и медные сплавы тоже.
* * *
Всякому металлургу знаком портрет Чернова: строгий взгляд, аккуратная борода, мундир с погонами. На погонах — генеральский зигзаг, две звездочки. Тайный советник; по-военному — генерал-лейтенант; по чину и титул — превосходительство.
…Миллионы металлургов каждый день закаливают миллиарды стальных деталей — охлаждают их с заданной скоростью от заданных температур. Температура «для каждого сорта стали должна быть особая». Называют эти температуры — «критические точки». Точки Чернова.
На всех языках.
П. Иоффе