Замечали вы, как легко бегут деньки февраля? Так и катятся, поспешают-торопятся один за другим, словно ждет их впереди что-то большое и радостное. Ну конечно же — весна! Февралю дана эта дорогая и необычная встреча. Вот он и готовится к ней.
Солнце с утра над снегами, над заиндевелыми лесами. И не прячется. Только все шибче да ярче разгорается. На крышах домов повисли рядком сосульки, все бело-синие с острыми концами. К полудню сосульки начинают ронять капельки и вот уже летят к земле — сверкнут и разобьются. А кто-то увидит. Чье-то сердце вздрогнет.
У завалинки денька за три-четыре вытает земля, и охрабревшие куры заявятся сюда погреть свои косточки, постоять то на одной ноге, то на другой, поглядеть, что же делается кругом.
Я еду на лыжах своей лыжней. Местами ее перемела поземка, местами пересекли следы лис и зайцев. Позади остался овраг, поросший черным ольховником. Вот и поле. Оно все снежное, промороженное, открытое и все-все щедро залито ровным солнечным светом. Такое спокойное сияние от снегов.
У скирды соломы лиса с лисом. Красные. Видимые на снегу. Встретились, обнюхались, взметнули хвостами снежную пыль, друг на друга кинулись. Встали на дыбки, молотят лапками, играют. Любовь у них.
Я ближе. Заметили меня отпрянули друг от друга, сели столбиками, глядят выжидающе…
Ладно, не буду вам мешать. Свернул вправо и целиной направляюсь к двум березам, что в центре поля. Чем-то они меня встретят? На этих широковетвистых (на просторе выросли да на ветрах) березах доводилось видеть безбоязненных тетеревовполяшей, снегирей, сорок. А тут ни одна птица не взлетела, и ни одного зайца из растрепанного бурьяна не выпугнул. И все же березы порадовали: сколько сережек и почек на каждой ветке! И когда сумели все это выткать?! Поднимешь голову, и так тебя захватит это кружение веток, эта игра света: белого, солнечного, коричневого, голубого. Тут и подумается: с какой доверчивостью и беззащитностью встречает дерево человека.
Ветки раскачиваются, и плавно раскачиваются от ветерка коричневые сережки, и пусть нет от них никакого сверкания и блеска, пусть скромны до невозможности, но красивы, красивы на фоне голубого неба. И ведь живые и почки и сережки. И только сейчас улавливаю: к снежно-морозному воздуху сумели прибавить тонкий березово-смоляной аромат.
Поле. Тут растет хлеб, картошка, лен. А еще вырастило оно для людского глаза, для утехи, для услады сердца и вот эти две березы, которые так чудесны, что хочется стоять здесь долго-долго и чувствовать, как они ловят солнце, ветерки, как то тихо, то сильно машут ветками, создавая какую-то свою мелодию, у которой и начала нет и конца нет.
В. Бочарников