Так назвал свою главную книгу, вышедшую в 1921 году, Алексей Капитонович Гастев. Революционер, пролетарский поэт, пламенный агитатор, он считал, что главным для победившего в революции рабочего класса является новая организация труда. «Мы проводим на работе лучшую часть своей жизни, — писал он в своей книге «Поэзия рабочего удара». — Нужно же научиться так работать, чтобы работа была легка и чтобы она была постоянной жизненной школой».
Своим главным «художественным произведением», вышедшим в свет как бы под редакцией В. И. Ленина, Гастев считал созданный им в 1921 году Центральный институт труда (ЦИТ). В этом институте разрабатывалась научная организация труда социалистического общества, в котором рабочие трудились не на фабриканта, а на свое рабоче-крестьянское государство.
Интересно листать пожелтевшие от времени страницы книг и статей Гастева. Они совсем не похожи на обычные научные труды. Абзацы строгого текста перемежаются выделенными жирным шрифтом лесенками врезающихся в память стихов-лозунгов:
Прежде чем изменить способы работы,
Надо их тщательно изучить.
Основная идея многих его статей: каждая операция, каждое движение рабочего должно быть точно изучено и расписано.
Ни одного лишнего движения. В машине-орудии все рассчитано и подогнано.
Будем так же рассчитывать и живую машину — человека.
Гастев боролся против ремесленничества. Ремесленник — мастер своего дела, универсал, но он не вписывается в жесткий ритм конвейера. А новый рабочий — узкий специалист, он мастер одной операции. Именно такой рабочий нужен для массового производства.
Он был прав. И вот почему. В обедневшей после гражданской войны стране надо было наладить массовый выпуск простейших и необходимых предметов: одежды, домашней утвари, станков, паровозов. Надо было быстро и много строить заводов, клубов, школ, домов. Надо было ускоренным темпом создавать свою промышленность. А квалифицированных рабочих, строителей было мало. «Кадры решают все!» — вот лозунг тех лет. Вливавшуюся в производство многомиллионную массу крестьян надо было в кратчайшие сроки научить работать и поставить к станкам, к конвейерам. И эта задача была выполнена. И большой вклад в ее решение внес возглавляемый Гастевым Институт труда.
Люди впервые работали не на помещика, не на фабриканта, а на себя, на свое государство. Каждый чувствовал себя необходимой частичкой огромного слаженного механизма. Памятниками трудовому энтузиазму тех лет стали гиганты первых пятилеток: Магнитка, Днепрогэс, Комсомольск-на-Амуре.
Гр. Оленин