Невероятно, но факт!






купонлар.ру
Главная / Занимательные задачи и опыты / Газетный лист / Что значит смотреть головой? — Тяжелая газета

Что значит смотреть головой? — Тяжелая газета

 

— Решено! — объявил мне старший брат, похлопывая рукой по изразцам натопленной печи. — Решено: вечером мы проделываем с тобой электрические опыты.


— Опыты? Новые опыты! — восторженно подхватил я.— Когда? Сейчас? Я хотел бы сейчас!


— На всякое хотение нужно терпение. Опыты будут вечером. Сейчас я должен уйти.


— За машиной?


— Какой машиной?


— Электрической. Ведь для опытов нужна машина.


— Машина, что нам нужна, уже имеется, лежит в моем портфеле… Не вздумай, пожалуйста, рыться без меня, — угадал брат мою мысль.—Ничего не найдешь, только беспорядок устроишь,— добавил он, надевая пальто.


— Но машина там?


— Там, не беспокойся.


И брат вышел из дому, беспечно оставив портфель с машиной на маленьком столике в передней.


Если бы железо могло чувствовать, оно ощущало бы вблизи магнита то же самое, что испытывал я, оставшись один с портфелем брата. Портфель тянул меня к себе, привлекал все мои чувства и мысли. Невозможно было думать ни о чем другом, бесполезно было стараться смотреть по сторонам…


Странно, что электрическая машина может поместиться, в портфеле, я представлял себе ее вовсе не такой плоской. Портфель не заперт на замочек, и если осторожно заглянуть внутрь… Что-то завернуто в газету. Ящичек? Нет, книги. Книги да книги, ничего другого в портфеле нет. Ну как я сразу не догадался, что брат шутил; электрическую машину разве запрячешь в портфель!


Брат вернулся с пустыми руками и сразу угадал по разочарованному лицу причину моего опечаленного вида.


— Мы, кажется, были с визитом в портфеле? — спросил он.


— Где же машина? — ответил я вопросом.


— В портфеле. Не видел?


— Там одни книги.


— И машина. Плохо глядел. Чем ты смотрел?


— Чем смотрел! Глазами.


— То-то и есть, что только глазами. А надо всей головой смотреть. Мало просто глядеть — нужно   понимать, что видишь. Это называется «смотреть головой».


— Как же смотрят головой?


— Хочешь, покажу тебе, в чем разница между смотрением только глазами и всей головой?


Брат вынул из кармана карандаш и начертил на бумаге такую фигуру:


  Здесь двойные линии — рельсовые пути, а одиночные — шоссе. Взгляни и скажи: какой рельсовый путь длиннее — от 1 до 2 или от 1 до 3?


— От 1 до 3, конечно, длиннее.


— Это ты глазами видишь. А теперь взгляни на фигуру всей головой.


— Но как? Я не умею.


— Всей головой на эту фигуру нужно смотреть так. Вообрази, что из 1 проведена прямая линия под прямым утлом к нижнему шоссе 2 – 3. — Брат провел пунктирную линию на своем чертеже — Как разделит моя линия это шоссе? На какие части?


— Пополам.


— Пополам. И, значит, все точки этой пунктирной линии отстоят от концов 2 и 3 одинаково. Что же ты теперь скажешь о точке 1? Куда она ближе: к 2 или к 3?


— Теперь вижу ясно, что она одинаково отстоит и от 2 и от 3. А раньше казалось, что правая железная дорога длиннее левой.


— Раньше ты только глазами смотрел, а сейчас взглянул всей головой. Понял разницу?


— Понял. Где же машина?


— Какая машина? Ах, электрическая! В портфеле. Лежит, где лежала. Ты не заметил потому, что не умел взглянуть головой.


Брат вынул из портфеля пакет с книгами, осторожно развернул его, освободил большой газетный лист и подал мне:


— Вот наша электрическая машина. Я с недоумением смотрел на газету.


— Думаешь, просто бумага, ничего больше? — продолжал брат.— Для глаз — да. А кто умеет взглянуть всей головой, тот признает в газете физический прибор.


— Физический прибор? Чтобы делать опыты?


— Да. Возьми-ка газету в руки. Очень легка, не правда ли? И ты думаешь, конечно, что сможешь всегда поднять ее хоть одним пальцем. А вот увидишь сейчас, что та же самая газета может иной раз сделаться очень и очень тяжелой. Подай мне вон ту чертежную линейку.


— Она иззубрена, никуда не годится.


— Тем лучше —не жалко будет, если сломается.


Брат положил линейку на стол, так что часть ее высовывалась за край.


— Тронь за выступающий конец. Легко наклонить, правда? Ну, а попробуй наклонить ее, когда я накрою другую половину газетой.


Он разостлал газету на столе, аккуратно расправив ее складки и покрыв ею линейку.


— Бери палку и шибко ударь по выступающей части линейки. Бей со всего размаха!


— Так ударю, что линейка газету пробьет и в потолок полетит! — воскликнул я, размахиваясь.


— Главное, не жалей силы.


Результат удара был совсем неожиданный: раздался треск, линейка переломилась, а газета по-прежнему осталась на столе, прикрывая другой обломок злополучной линейки.



— Газета-то тяжелее, чем ты думал? — лукаво спросил брат.


Я растерянно переводил глаза с обломка линейки на газету.


— Это опыт? Электрический?


— Опыт, только не электрический. Электрические — впереди. Я хотел тебе показать, что газета действительно может служить прибором для физических опытов.


— Но почему же она не пустила линейку? Ведь вот — я легко поднимаю ее со стола!


— В этом и суть опыта. На газету давит воздух, и с немалой силой: каждый квадратный сантиметр газетного листа он придавливает с силой целого килограмма. Когда ударяют по выступающему концу линейки, то другим своим  концом она напирает на газетный лист снизу; газета  должна приподняться. Если это делается медленно, то под приподнимающуюся газету успевает проникать воздух снаружи и напором своим уравновешивает давление на газету сверху. Но твой удар был так быстр, что воздух под газету проникнуть не успел: края газеты еще прилегали к столу, когда середина ее уже увлеклась вверх. Тебе пришлось поэтому поднимать не одну газету, а газету вместе с напирающим на нее воздухом. Короче сказать: тебе надо было поднять линейкой груз примерно во столько  килограммов, сколько квадратных сантиметров заключает приподнимаемый участок газеты. Если бы это был участок бумаги всего в 16 квадратных сантиметров — квадратик со стороной в 4 сантиметра,— то давление воздуха на него составляло бы 16 килограммов. Но поднимаемый участок бумаги заметно больше — значит, приходилось поднимать изрядный вес, пожалуй в полсотни килограммов. Такого груза линейка не осилила и — сломалась. Веришь ты теперь, что с помощью газеты можно делать опыты?.. Когда стемнеет, приступим к электрическим.


 

Искры из пальцев. — Послушная палка. — Электричество в горах

  Брат взял в одну руку платяную щетку, другой рукой приложил газетный лист к натопленной печке и принялся растирать его щеткой, словно обойщик, расправляющий на стене обои, чтобы хорошо прилипли. — Гляди! — сказал брат и убрал обе руки от газеты. Я ожидал, что бумага соскользнет на пол. Однако этого не случилось: газета странным образом…

Пляска бумажных паяцев, — Змеи. — Волосы дыбом

Брат сдержал слово. На другой день, когда стемнело, он вновь начал опыты. Первым делом «прилепил» к печке газету. Затем попросил у меня бумагу поплотнее газетной — писчую — и стал вырезать из нее смешные фигурки: человечков в разных позах. —  Эти бумажные паяцы у нас сейчас запляшут. Принеси-ка булавок. Скоро через ногу каждого паяца была…

Маленькая молния. — Опыт с водяной струей. — Богатырское дуновение

  В следующий вечер брат начал опыты с очень странных приготовлений. Взял три стакана, погрел их возле печки, затем поставил на стол и накрыл сверху самоварным подносом, который тоже сначала погрел немного у печки. — Что это будет? — любопытствовал я.— Ведь надо стаканы на поднос, а не поднос на стаканы. — Погоди, не торопись….

Все права защищены ©2006-2017. Перепечатка материалов с сайта возможна только с указанием ссылки на сайт – Невероятно, но факт!. Email: hi@poznovatelno.ru
Рейтинг@Mail.ru